В начале октября

В начале октября прошлого 1868 года пришел к нам с братом на квартиру господин и, спросив Ивана Аметистова, подал ему письмо. В письме говорилось только, что «податель сего, Сергей Геннадьич Нечаев, учитель приходского училища в Петербурге, человек хороший», и следовала подпись: «В. Орлов». Владимир Орлов воспитывался в одной с нами семинарии, товарищ брату, меня старше двумя курсами (семинарский курс 2 года, следовательно я был тогда еще 13 лет). Брат с ним иногда переписывался. После первых, обыкновенных расспросов за чаем разговор свелся на средства для прожития в Петербурге, и в заключение брат просил Нечаева, как учителя, имеющего сношение с родителями, похлопотать на счет уроков. Вручая свой адрес, Нечаев сказал брату, что днем он свободен бывает только два раза в неделю. Спустя не помню сколько времени, брат известил меня, что нас Нечаев приглашает к себе на именины.

Этот вечер и был началом моего знакомства с Нечаевым. Квартира Нечаева состояла из трех комнат, а он был один. Около этого же времени брату представились уроки с квартирой, так что я оставался один без денег и без работы. Вот побудительная причина, заставившая меня завести с Нечаевым разговор о том, что квартира его очень просторна. К концу разговора он предложил мне перейти в одну из комнат, и я принял это предложение с радостью.

Время обыкновенно проходило у нас таким образом: с 9 и до 2 ч. я был на лекциях, а Нечаев занимался с учениками. После лекций я закупал что нужно для обеда, и сам готовил его. После обеда у Нечаева снова были занятия, а я уходил в академию на практические работы или же шел к кому-нибудь из товарищей, так что, можно сказать, 4/5 времени проводил я вне квартиры. Разговоров, имеющих какое-нибудь значение, у нас с Нечаевым не было, да и вообще он держал себя как-то в стороне и по праздникам или сидел в своей комнате, или уходил куда-то. Впрочем, случалось иногда, что между нами затевался обыкновенный между студентами спор о каких-нибудь вопросах.

И вот один из них имеет тесную связь с письмом к знакомому Нечаева Капацинскому, бросающим, кажется, на меня тень подозрения. Поэтому я считаю необходимым, насколько помню, изложить его здесь. Разговор шел о преимуществе сельского учителя перед городским. Я доказывал это преимущество, показывая, как много пользы может принести сельский учитель освобожденным крестьянам, старался ясно показать, как вследствие этого возвысится.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.