Стоило только Кате

Стоило только Кате или мне попытаться возразить ей или высказать свое мнение в очень скромной форме, как она тотчас же умолкала, показывая этим, что спорить об изречениях господа бога или о религиозных догмах просто недопустимо.

По отношению ко мне и к Кате она вела себя как провокатор. Как только мы оставались втроем, она сразу же старалась перевести разговор на наши с Катей отношения. В этом старании она зашла настолько далеко, что, когда во время прогулки матушка Фотина разговаривала с Катей, сестра Ефросинья прямо спросила меня, влюблен ли я в Катю. Чтобы уйти от ответа, я начал что-то говорить о красоте и других хороших чертах Кати. Перебив меня, сестра Ефросинья заявила, что любовь — самое красивое чувство на свете,, но только в том случае, если она скреплена церковным благословением. Между тем ее взгляды ясно говорили мне: твое желание совратить Катю ие является тайной для меня, возможно, ты это уже сделал, тогда я предупреждаю, чтобы ты честно’ выполнил свой долг. К счастью, Катя и матушка Фотина подошли в этот момент к нам, и наш разговор с сестрой Ефросиньей прекратился сам собой.

Словом, в тетушке Фотине, несмотря на то что она была монашенкой, я увидел и очаровательную женщину, и замечательного человека, и приятного собеседника. Короче говоря, это был тот редкий тип монахини, которая всех и вся может понять. До этого я встречал только одну такую женщину — это моя собственная сестра. В то время закоснелые монахини, подобные сестре Ефросинье, встречались очень часто.

На третий день обе монашенки уехали. Мы с Катей проводили их на станцию. Прощаясь, матушка Фотииа напомнила Кате о ее обещании в ближайшее время приехать на несколько дней к ним.

— Если вам придется быть в Удинске, Андрей Александрович, — обратилась монашенка ко мне, — навестите и вы наш монастырь. В любое время будем рады видеть вас.

Я поблагодарил за приглашение, сказав, что приеду к ним, если будет возможность.

На обратном пути Катя поинтересовалась, какое впечатление произвели на меня мать Фотина и ее спутница. Я откровенно ответил Кате и добавил:

— Естественные законы природы нельзя изменять безнаказанно. Монашенки, собственно говоря, везде одинаковы. Но ваша тетушка, как и моя сестра, составляют среди них редкое исключение.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.