Отец решил

Отец решил не сдаваться: если мне не удалось учиться дальше, то, быть может, ей повезет. Она блестяще окончила все восемь классов. Удалось ей и в институт поступить, в Петербурге. Но как прожить одной в столице? Получилось так, что налепили на нее ярлык, как на уличную девку, и два раза в неделю гоняли на проверку к врачу. Врачи видели, что опа непорочна, но закон есть закон. Бедная моя Эстер и это вынесла, лишь бы только исполнилось ее желание. Учиться ей оставалось всего два года. На летние каникулы поехала она к родителям на Украину. И нужно же было случиться, что как раз в том городке проходил еврейский погром, и ее вместе с отцом и матерью растерзали черносотенцы.

Муржановский умолк и потядулся за стопкой. Мы чокнулись, выпили и закурили.

— В это время я уже был членом одного революционного кружка, — продолжал Муржановский. — Но о партии знал только понаслышке. Мы распространяли листовки, брошюры всякие. Однажды провалились. Меня избили, но я все отрицал. Улик не было, через полгода меня выпустили на свободу. Пришел я к себе в депо, а меня и перевели работать в Сибирь. Я не спорил: все равно никого из родных уже не осталось. Здесь, в Забайкалье, я познакомился с хорошими товарищами, вступил в партию и многому научился. Я стал машинистом и совсем неплохо себя чувствую. В Сибири человека не презирают за то, что он рабочий или еврей. Главный инженер здесь запросто выпивает вместе с кочегаром. Русские, украинцы, литовцы, латышы, эстонцы и финны здесь вместе работают.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.