начало 70-х

Это было начало 70-х годов. Бабушке тоже было уже лет под семьдесят, но она все еще работала в колхозе. И в доме у нее, как у многих наших русских деревенских старушек-тружениц, у которых скотины на дворе уже почти нет, а дети выросли и живут отдельно, царила чистота и необыкновенный, теплый, деревенский патриархальный уют: пикейные покрывала, выбитые кружева подзоров, тюлевые накидушки на пышных подушках, скатерки.

— Тяжело, наверно, уже вам в поле-то работать, — посочувствовала я ей.

— Что это? — удивилась бабушка. — А как же без работы-то жить? Да нас, старых, уже на тяжелую-то работу и не посылают. Нет, сейчас не тяжело. Вот раньше — да, тяжело было, до коллективизации, когда полный двор скотины держали. Ее ведь обиходить надо, накормить-напоить, с ведерными-то чугунами так накувыркаешься за день, что рук-ног к вечеру не чувствуешь. Да и в поле работы полно, и дома. Только когда скотину на колхозный двор свели, мы, бабы-то, и вздохнули. Скотина в колхозе, детки в яслях — живи да радуйся! У нас деревня дружная была, работящая. На сенокос выйдем, на лугу бабы с девками все нарядные, все друг перед другом работать на выхвалку стараются — кто быстрее да ловчее. На работу идем с песнями, с работы — с песнями… Хороший колхоз у нас был.

— А чем же вы питались, если всю скотину на колхозный двор свели? — помня страшные рассказы о коллективизации, расспрашивала я. — Где же молоко-то брали? Уж о мясе я не говорю.

— Как это где? — обиделась моя старушка. — Да на колхозный двор заходи и выписывай, сколько надо, и молока и мяса.

— Что, всегда можно было выписывать и молоко и мясо? — снова поразилась я.

— Да хоть каждый день. Говорю, у нас колхоз до войны хороший был. А как в войну всех мужиков-то поубивало да поранило, так и захирели…

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.