Луи сказал

Когда же Луи сказал Николаю II, что Марокко представляет жизненный интерес для Франции, царь ответил: «Старайтесь избежать конфликтов. Вы знаете, что нами приготовления не закончены».

Из других европейских столиц в Петербург поступали просьбы, чтобы русская дипломатия влияла бы в примирительном духе на Францию и Германию. Поверенный в делах в Берлине Шебеко просил Нератова употребить свое воздействие на Париж, чтобы французская печать сбавила свой тон, ибо это затрудняет переговоры. Эта просьба, без сомнения, исходила от Кидерлена, применявшего такой прием и ранее. С просьбой противоположного характера — больше действовать в Берлине —из Лондона обращался Бенкендорф. На страницах «Нового времени» вновь появились статьи антигерманского направления. В статье «Новый поворот марокканского кризиса» говорилось: «Германия добивается экономических привилегий в Марокко… она бросает вызов не только Англии и Франции, но и всем великим державам».

Оценивая положение дел на отрезке времени после возобновления франко-германских переговоров, можно отметить большую консолидацию действий дипломатии стран Тройственного согласия. Причем стрелы недовольства все более направлялись против Вильгельмштрассе. В Лондоне это просматривалось явно. Петербург, уговаривая по-дружески Францию и воздерживаясь от каких-либо резких шагов в Берлине, тоже показывал недовольство Политикой Кидерлена, как мы видели, через печать.

И все-таки поиски компромисса стали брать верх. 19 сентября от Шебеко пришло известие о предварительном достижении соглашения между Кидерленом и Камбоном как по вопросам Марокко, так и по вопросам компенсаций.

На позицию Германского ведомства иностранных дел, помимо уже указанной основной причины (недостаточной подготовленности к войне в тот период), повлияли и другие обстоятельства — Потсдамское соглашение, начало турецкой войны и т. д. 11 октября первая часть франкогерманского соглашения, касающаяся Марокко, была утверждена.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.