Ла-Рошель

Ла-Рошель была для гугенотов тем же, чем некогда был Кале для англичан, то есть постоянным плацдармом во Франции. Чтобы помочь протестантской крепости в ее обороне, Бекингем, фаворит короля Англии, дошел до того, что высадился со своей армией на острове Ре. Кардинал осадил Ла-Рошель, одержал победу, и в 1628 г. Людовик XIII торжественно въехал в город. И здесь проявилась мудрая сдержанность Ришелье. Победитель, он заключил мир, способствующий примирению: всеобщая амнистия, свободное отправление культа, никаких конфискаций имущества.

Еще через несколько месяцев Алеский Мир, или «Эдикт милости», положил конец религиозным войнам. Протестанты, которые отказались от вооруженного поддержания своей безопасности, в обмен получили все моральные гарантии. Ришелье сокрушил партию, но не культ, и обращение еретиков стало «событием, которого нужно ожидать от небес, не применяя никакого насилия».

Интриги «великих» были не менее опасны, чем происки гугенотов. Король и кардинал и им «укоротили коготки». Был период, когда обе королевы устраивали заговоры против Ришелье, в которых участвовали вместе с ними и Гастон Орлеанский, брат короля, наследник трона, и прекрасная Мария де Роган, герцогиня де Шеврез (эта фаворитка Анны Австрийской в возрасте двадцати одного года осталась вдовой коннетабля Люиня, фаворита Людовика XIII), и внебрачные сыновья Генриха IV. Покарать королев и месье4 было затруднительно, но зато статисты заплатили сполна и за себя, и за главных героев. Шале, Монмо-ренси, Сен-Map лишились своих славных голов. Маршал де Бас-сомпьер, национальный герой, за ничтожное участие в заговоре Марии Медичи был посажен в Бастилию и оставался там до самой смерти Ришелье, то есть до 1643 г., хотя «был абсолютно невиновен ни в каком преступлении, — говорил он.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.