контрреволюционный мятеж

Поскольку контрреволюционный мятеж неминуемо должен был потерпеть поражение, со дня на день можно было ожидать появления новых эмигрантов. Можно было ожидать также, что руководители вновь созданных политических партий и организаций и всевозможных рупоров покинут родину, так как вряд ли они захотят нести ответственность за свои поступки. И эти люди сразу же превратятся в героев, что будет на руку Западу, так как будет отвечать его интересам, подтверждая его же собственные домыслы.

И следовательно, «старикам» волей-неволей придется поделиться «славой» с новичками. А это, учитывая прежние позиции и грызню из-за доходов, будет для них горькой пилюлей.

Именно здесь, в этом пункте, я и отыскал возможность для того, чтобы что-то сделать. Если отделу грязных операций ЦРУ, ведущему идеологическую войну против стран социализма, понадобится единство эмиграции, то мне надлежит внести раздор в ее ряды, обратив все свое внимание на разжигание противоречий между старыми и новыми эмигрантами, политиками и военными.

А для этого в первую очередь необходимо укрепить собственные позиции.

Следовательно, мне следует воспользоваться услугами тех средств массовой информации, которые хотят взять у меня интервью и, сами того не ведая, помогут мне в достижении цели. Придя к такому решению, я дал согласие всемирно известной телекомпании ЮПИ и однажды, выступив перед ее телекамерами, рассказал о своих впечатлениях, которые у меня остались от поездки в Венгрию.

Как я уже говорил выше, свое выступление я, разумеется, построил как выступление «революционного» политического эмигранта. Теперь это была моя роль, и я ее играл. К слову говоря, за мое десятиминутное выступление мне заплатили тысячу долларов. А тогда, осенью 1956 года, тысяча долларов равнялась 26 тысячам австрийских шиллингов, иначе говоря, это было небольшое состояние. В мире капитала, где все оценивается деньгами, такой высокий гонорар.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.