Концерт завершился

Концерт завершился Седьмой симфонией, «новой большой симфонией», как было объявлено в анонсе. На самом деле она не была новой. Бетховен создал ее весной 1812 года, а впервые исполнил в декабре 1813 года. Симфония трудная, сложная, и музыканты сначала отказывались играть. Бетховен взялся сам дирижировать и, как писала газета, «то припадал к земле, то подпрыгивал, отмечая своим телом тихие и громкие пассажи». Публика и местная газета «Винер цайтунг» были в восторге.

Однако похоже, Бетховен реально не управлял оркестром. Он стоял на сцене, размахивал палочкой, но дирижировал его ассистент Игнац Умлауф. По мнению историка Ингрид Фухс, Бетховен уже не мог быть полноценным дирижером. Менее чем через месяц музыканту Людвигу Шпору довелось присутствовать на репетиции Бетховена, и он с огорчением отметил очевидную деградацию — фортепьяно было явно расстроено, композитор «колотил по клавишам с такой силой, что они дребезжали». Бетховен делал массу непростительных ошибок, и Людвиг Шпор уходил с репетиции «опечаленный несчастной судьбой» великого мастера.

Патрон музыканта, русский граф Разумовский слушал концерт с восхищением, убежденный в том, что «мир мал» для Бетховена. Другие уходили из Редутензала разочарованные, считая композиции «слишком тяжелыми, длинными и громкими» и называя композитора «Геркулесом, разгоняющим палицей мух». Если в политике конгресс разделился на русскую и австрийскую фракции, то и среди публики, по докладам полиции, образовались «пробетховенская» и «антибетховенская» группировки. По крайней мере австрийцы, знавшие, что Бетховена поддерживает русский царь, проигнорировали концерт. Не почли его своим присутствием и британцы. Дипломатический конфликт перекинулся и в концертные залы.

После концерта Бетховен чувствовал себя совершенно измотанным и обессиленным. Он испытывал одновременно и смятение, и восторг, и радость, и досаду «Все смешалось, перепуталось в моей душе», — говорил он. Бетховен сетовал и на мизерные гонорары. Король Пруссии, едва досидев до середины концерта, удостоил музыканта «жалкими» десятью дукатами. Русский царь великодушно дал ему раз в двадцать больше.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.