Голос мой

Голос мой не дрожал, хотя и сел немного, это я помню твердо.

Инспектор немного пожевал губами, а потом ответил:

— Вы в своих показаниях ссылались на такие факты в вашей биографии и такие контакты, которые проверить и подтвердить невозможно. За короткое время в среде ваших эмигрантов вам уже удалось приобрести известный авторитет. Возникло подозрение, что вы вовсе не тот, за кого себя выдаете.

Я с облегчением вздохнул. Еще не зная, откуда дует ветер, я уже был убежден, что речь идет пе о деконспирации пли серьезной ошибке, которую я где-то мог допустить.

Без лишних объяснений я вынул бумажник, достал оттуда аккуратно сложенное письмо с американским штемпелем па конверте и протянул его инспектору. Как вовремя оно пришло!

Инспектор осторожно взял бумагу и внимательно ее прочитал. Атмосфера мгновенно переменилась. Вместо допроса последовало приглашение на обед в один из лучших ресторанов Эйзенштадта. Разговор вновь стал дружелюбным и предупредительным, как когда-то, от официальности не осталось и следа. Инспектор в порыве откровенности даже поведал мне о том, кто состряпал на меня гнусный донос, и не на шутку сердился, что его так подло обманули. Доносчиком оказался Пал Ментеш, тот самый отпрыск рода Эстерхази, который прибыл в Эйзенштадт, а потом в Вену почти одновременно со мной.

Так или иначе, случай был неприятный и наводил на размышления. Вернувшись в Вену, я вышел на связь с Будапештом. Директива была короткой: предпринять самые решительные шаги для укрепления моей репутации.

Естественно, первым делом я отправился в венское бюро радиостанции «Свободная Европа». Мне удалось убедить мистера Хилла в том, что в интересах эффективности пропаганды очень важно с первых же минут после перехода государственной границы дать венгерским беженцам, которых прибывало все больше, почувствовать покровительство и поддержку «Свободной Европы». Главным аргументом моего «конструктивного» предложения было то, что австрийские власти согласно принятому закону сажают беглецов в каталажку и держат их там по восемь-девять дней для проверки в почти тюремных условиях.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.